меня окружают фантастические твари .

этажом ниже кто-то держит Мандаргору. время от времени ее начинают перемещать, и тогда она начинает орать, надсадно, громко, на одной ноте; орать может долго, минут двадцать-тридцать не снижая уровня громкости и не меняя мелодики ора. я как-то пекла кексик, Мандрагора завелась когда я влючила миксер, и к тому моменту, когда все ингредиенты были взбиты, перемешаны и перелиты в форму она еще орала. Судя по тому, как нам хорошо слышно домочадцев Мандаргоры, одни уже года два как изрядно оглохли, и теперь говорят очень громко.

на третьем или четвертом этаже кто-то держит Авгурея. это существо начинает издавать некий заунывный гибрид взлаивания с визгом, заканчивающийся долгим тонким воем с переливами. Тутошний Авгурей тварь сугубо дневная, и воет часов с 12 и до 6-7. Вой авгурея предвещает смерть; истинно говорю вам, как только выясню, где эта тварь гнездиться, убью без жалости.

и, конечно, Тварь с Дрелью. не остается никаких сомнений что издавание сверлящих звуков у этой Твари — часть ритуала ухаживания за самкой, потому что звуки дрели Тварь издает исключительно по вечерам и выходным. если повезет, и самка быстро согласится, то от издавания звуков дрели Тварь переходит непосредственно к спариванию, которое нам тоже неплохо слышно.

вот только за стенкой напротив есть еще одна Тварь с Дрелью, которая , увы, видимо так и не смогла найти самку для спаривания, потому что токует, с небольшими паузами, уже два с половиной года, если не больше. Никакой ремонт столько длиться не может — в стене не останется свободного от дыр места. Поэтому я практически уверена, что сверление стены— это все-таки часть брачного ритуала Твари с Дрелью.
бедняга.
трахнул бы его кто-нибудь наконец-то. а мы б вздохнули спокойно